Часто беременные женщины жалуются на усталость, головные боли, несобранность из-за прерывистого сна, чувство беспокойства и грусти. Постоянное недомогание и депрессивные мысли могут перерасти в сильный стресс. Как отражается на ребенке нервное состояние матери? Какие могут быть последствия, и чем грозит стресс при беременности? Давайте поговорим об этом более подробно.

Стресс при беременности: признаки

Почти все будущие мамы, в той или иной степени переживают стресс при беременности. Ему подвержены как молоденькие, ожидающие первенца, девочки, так и опытные, многодетные мамы. Пусковым механизмом для развития стресса становятся, как правило, гормональные изменения в организме. Практика показывает, что примерно половина женщин испытывает сильный стресс при беременности. Как понять, что близкий человек погрузился в стрессовое состояние?

Вы можете заметить следующие симптомы:

• Нарушения сна, бессонница
• Апатия, утрата интереса к ранее любимым занятиям
• Тревожность, женщина может думать о гипотетических угрозах (война, стихийное бедствие, болезнь) и переживать их как настоящие
• Нервозность, раздражительность, частые слезы
• Перепады давления, головокружения
• Внезапные приступы учащенного сердцебиения, не связанные с физическими нагрузками
• Чувство безысходности, тоска
• Повышенная рассеянность, ухудшение памяти
• Болевые ощущения, которые нельзя объяснить медицинскими причинами
• Кожный зуд, высыпания

Наличие 2-3 симптомов говорит о наличии стресса. И слова «соберись, займись делом, не думай об этом» не помогают. Будущей маме нужна другая поддержка.

Чем опасен высокий уровень стресса

Врачи называют стресс молчаливым убийцей, и они правы. Гормональные перепады, свойственные беременным женщинам, влекут за собой нервы, истерики, слезы, которые приводят к усталости, мигрени, плохому аппетиту или, наоборот, перееданию. Не секрет, что длительный стресс вызывает сердечно-сосудистые патологии, высокое кровяное давление, диабет и другие осложнения.

При стрессе гормоны, такие как адреналин, норадреналин и кортизон, выводятся из организма. При беременности 10% этих гормонов проходят через плаценту и непосредственно воздействуют на двигательную активность плода, ускоряя сердцебиение ребенка. Малыш в утробе матери начинает ощущать стресс уже на 17-й неделе беременности. Кроме того, гормоны влияют на кровоток, поэтому кровь не даст малютке достаточного количества кислорода и питательных веществ.

Какие риски могут быть у беременных на фоне стрессовых атак? Перечислим основные:

1. Преждевременные роды (до 37 недель).
2. Рождение младенца с низкой массой тела.
3. Замедленное развитие ребенка.
4. Выкидыш.
5. Ослабление иммунной системы.
6. Послеродовая депрессия.

Стресс у беременных может привести к тому, что ребенок в будущем будет испытывать трудности с обучением и концентрацией внимания. Так, некоторые ученые утверждают, что гормоны стресса в крови беременной женщины пересекают плаценту и негативно влияют на мозг плода.

Исследования показали, что беременные женщины при хроническом стрессе имеют значительный риск длительных и болезненных родов и, к сожалению, мертворождения. У неспокойной всю беременность матери также больше шансов произвести на свет гиперактивного ребенка, который будет излишне нервным, подверженным аллергическим реакциям, иметь проблемы со сном, кормлением и пищеварением в целом.

Практическая поддержка

Беременной приходится много ходить по врачам, составьте ей компанию. Не будьте пассивным сопровождающим, внимательно слушайте, делайте заметки, чтобы помочь запомнить важную информацию. Вы же помните, что женщине может быть сложно сосредоточиться.

Вместе сходите на занятия по подготовке к родам, это поможет вам узнать, как ухаживать за малышом, а будущая мамочка поймет, что вы тоже вовлечены в процесс. А если встал вопрос о партнерских родах, вы можете посетить Онлайн-курсы по партнерским родам МамЭксперт. Сомневающемуся будущему папе курсы также пойдут на пользу – опираясь на полученные знания, он сможет принять решение, стоит ли ему участвовать в родах.

Помощь по дому. Беременной, особенно на последнем триместре беременности, сложно нагибаться, тяжело двигаться, она быстро устает и может резко реагировать на запахи. Помощь по хозяйству ей очень нужна. Проявите инициативу, не ждите, пока вам скажут, что делать. Не понимаете, куда приложить руки? Посмотрите вокруг, составьте список дел и обсудите со своей половинкой. Большинство женщин с благодарностью воспримут предложение о помощи и скажут, какая работа им стала особенно сложна. У беременных меняется восприятие запахов. Если вас просят заменить дезодорант или не курить рядом, прислушайтесь. Это не просто прихоть. Нежелание близких людей идти навстречу, объявление потребностей женщины капризами только усиливает стресс при беременности.

Влияние тревожности за ребенка во время беременности

Влияние тревожности за ребенка во время беременности на особенности материнского поведения и отдельные состояния ребенка в период младенчества

Г.Н. Чумакова, Е.Г. Щукина, А.А. Макарова

К настоящему времени накоплена масса фактов, свидетельствующих о том, что неадекватное поведение матери во время беременности, ее эмоциональные реакции на стрессы, которыми насыщена наша жизнь, служат причиной огромного числа различных патологических состояний у ребенка, как поведенческих, психологических, так и соматических [2, 3]. Во время перинатального периода развития ребенок живет практически «одной жизнью» с матерью. Сегодня доказано, что при стрессе гормоны надпочечников матери выбрасывают в кровь катехоламины (гормоны стресса), а во время положительных эмоций (радости, успокоения) гипоталамические структуры вырабатывают эндорфины (гормоны радости), которые, проникая через плацентарный барьер, непосредственно воздействуют на плод. Следовательно, мать и ребенок представляют собой единый нейрогуморальный организм, и каждый из них в равной степени страдает от неблагоприятного влияния внешнего мира, которое записывается в долговременной памяти, оказывая воздействие на всю последующую жизнь ребенка [4]. Позитивные материнские эмоции вызывают усиление роста плода, спокойствие и возрастание уровня сенсорного восприятия плода [30]. Ее стресс приводит к низкому весу плода, увеличению процента смертности, респираторных инфекций, астмы, ослаблению когнитивного развития [31].

Отношение матери к плоду во время беременности оставляет стойкие следы на развитии его психики [27]. Эмоциональный стресс коррелирует с преждевременными родами, большой детской психопатологией, более частыми возникновениями шизофрении, нередко со школьными неудачами, высоким уровнем правонарушений, склонностью к наркомании и попыткам суицида [15, 28, 29, 32].

Травма плода может находить отражение в аффективной сфере взрослого человека [26]. Эмоциональный стресс матери может вызы­вать у плода биохимический дисбаланс, сверхактивацию адренокортикальной и симпатоадреналовой систем с последующим увеличени­ем адренокортикотропного гормона кортизона, гормонов гипофиза, катехоламинов и глюкагона, а это, в свою очередь, воспринимается ДНК-рецепторами плода. Таким образом, гормональный дисбаланс матери может вызвать эмоциональную дисфункцию плода [2, 10, 23].

Благополучное развитие новорожденного и его благоприятное от­ношение к внешнему миру является основой его психического здоро­вья. Личность ребенка, его характер, наклонности и многое другое оформляются позднее, однако благоприятное течение антенатального периода, ранних этапов онтогенеза создает предпосылки оптимально­го развития. Именно поэтому так необходимо в первые месяцы жизни обеспечить хороший уход, который одновременно является и сред­ством воспитания. Новорожденный и грудной ребенок являются аб­солютно зависимыми существами. Это должно определять отноше­ние окружающих к новорожденному ребенку и его переживаниям. Находясь в состоянии полной зависимости, он имеет определенные потребности, которые можно разделить на телесные и психические.

К перечню телесных потребностей следует отнести кормление и потребность в сосании, мочеиспускание и дефекацию, потребность в физическом контакте с матерью, потребность в тепле, в телесном ком­форте и отсутствии боли, потребность в безопасности.

Психические потребности — это контакт с матерью, положитель­ные эмоции, познание, потребность в ощущениях (звуки, запахи, вкусы, цвета и образы, потребность в тактильных ощущениях и т.д.), потребность в общении.

Дать младенцу необходимую поддержку, полностью приспосо­бив свою жизнь к его нуждам и войдя в полное соответствие с его психическим и психосоматическим развитием, может только мать [1, 13,15,23,24].

При неправильном отношении в постнатальном периоде младе­нец может попасть в хроническую психотравмирующую ситуацию, что приводит к нарушениям процесса адаптации, отклонениям и за­держкам в психомоторном развитии. Одной из самых распростра­ненных и грубых ошибок является непонимание того, что «среда младенца есть его мать» [5]. Только в системе «мать — дитя» запускается процесс, названный Э. Фроммом «индивидуализацией», приводящий к развитию самосознания.

Для психического здоровья ребенка необходимо, чтобы его отно­шения с матерью приносили взаимную радость и тепло. На развитие детей благоприятно влияют матери, контакты которых с ребенком разнообразны, эмоции экспрессивны, движения синхронны младенческим во время общения с ним. Общение детей с матерями ригидными, редко берущими их на руки, сдерживающими свои эмоции, напротив, не способствуют развитию психических функций ребенка. То же можно сказать и об общении детей с матерями, отличающимися непоследовательным, непредсказуемым поведением [1, 12, 17, 22].

В становлении и реализации материнско-детского взаимодействия центральным и определяющим является материнское отношение. Именно оно лежит в основе всего поведения матери, тем самым создавая уникальную для ребенка ситуацию развития, в которой формируются его индивидуально-типологические и личностные особенности [5, 6, 20, 21].

Главным признаком материнства является способность женщины идентифицировать себя с ребенком, что выражается не в понимании его состояний на уровне рассудка, а в переживании этих состояний вместе с малышом. Эта уникальная способность является органичным продолжением симбиотического единства матери и ребенка во время беременности и служит основой для проявления материнства [10, 16, 22–25].

Материнская забота и опека являются для младенца выражением и продолжением материнской любви. Это чувство и позволяет ему жить [7].

В связи с этим актуальны исследования, связанные с возможностями прогнозирования уже в период беременности отдельных состояний ребенка раннего возраста, а также адекватности материнской роли.

Целью нашего исследования было изучение влияния тревожного отношения к ребенку во время беременности на его состояние в первом полугодии жизни.

В исследовании приняли участие 41 пара «мать-ребенок». Возраст женщин — от 19 до 32 лет (средний возраст — 23,5+3,1 года). Детей у них не было. Беременность была запланирована у половины женщин и желанной была у всех. На сроке гестации 30–35 недель они добровольно по единой программе проходили психологическое обследование в условиях женской консультации или палат патологии.

В исследовании применялись следующие методики:

• «Тест отношений беременной» И.В. Добрякова [9] на выявление особенностей психологического компонента гестационной доминанты;
• Проективный рисунок «Я и мой ребенок», разработанный Г.Г. Филипповой [22].

Роды у всех женщин прошли на 38–40 неделях беременности. Дети были осмотрены после рождения на 4–5 сутки, затем в возрасте одного, трех и шести месяцев. После рождения оценивалось соматическое состояние и неврологический статус по профилю угнетения-раздражения [18].

В грудном возрасте оценивались соматическое состояние, особенности поведения, психомоторное развитие по шкале Л.Т. Журбы и Е.А. Мастюковой [11].

Материнское поведение оценивалось на предмет адекватности взаимодействия с ребенком.

Тест отношений беременной И.В. Добрякова позволяет выявить типы психологического компонента гестационной доминанты (ПКГД). ПКГД определяется совокупностью механизмов психической саморегуляции, включающихся у женщины при наступлении беременности. Выделяют следующие типы ПКГД: оптимальный, эйфорический, игнорирующий, тревожный, депрессивный. Тест включает в себя три блока ответов, определяющих отношение женщины к своей беременности, к системе «мать — дитя», к отношению окружающих.

Рисуночный тест «Я и мой ребенок» позволяет выявить особенности переживания беременности, ситуации материнства, восприятия себя и ребенка, ценности своего будущего малыша. Методика, разработанная Г.Г. Филипповой [22], использовалась в работе В.И. Брутмана, Г.Г. Филипповой, И.Ю. Хамитовой [6] для изучения динамики психического состояния женщин во время беременности. Методика позволяет выявить особенности переживания беременности и ситуации материнства, восприятия себя и ребенка, ценности ребенка. В данном тесте учитывается наличие на рисунке фигур матери и ребенка; замена образа матери и ребенка на животное, растение, символ, содержание образа ребенка и его образ; соотношение размеров фигур матери и ребенка; отражение совместной деятельности; дистанция и особенности расположения персонажей; изоляция фигуры ребенка; а также характеристики общего состояния (благополучие, неуверен­ность в себе, тревожность, признаки конфликтности и враждебности, относящиеся к теме рисунка) по формальным признакам рисунка и поведенческим проявлениям во время рисования. Интерпретация данных проводилась по критериям, принятым в психодиагностике для рисуночных тестов, а также специально разработанным для ин­терпретации данной методики ее автором.

Оценка психомоторного развития по шкале Л.Т. Журбы и Е.А. Мастюковой состоит из таблиц, позволяющих количественно оценить развитие ребенка ежемесячно до 12 месяцев. В каждый возрастной период изучается 10 показателей психомоторного развития: комму­никабельность, безусловные рефлексы, мышечный тонус и др. Каж­дый показатель включает в себя 4 уровня оценки: от 3 баллов (норма) до 0 (грубое нарушение). В целом оценка в 27–30 баллов является пока­зателем нормального психомоторного развития, оценка в 23–26 бал­лов позволяет отнести детей к безусловной группе риска, оценка в 13–22 баллов четко свидетельствует о задержке развития.

Была проведена статистическая обработка данных в программе Ехсеl, достоверность различий оценивалась по критерию Фишера.

Результаты исследования

Беременные женщины были разделены на две группы в соответ­ствии с выбранными ими утверждениями раздела «отношение к свое­му ребенку» в блоке «отношение женщины в формирующейся системе «мать — дитя» по тесту И.В. Добрякова. В первую группу вошли жен­щины, ответы которых соответствовали тревожному типу «Я постоян­но прислушиваюсь к движениям будущего ребенка, без веских на то оснований, беспокоюсь о состоянии его здоровья». Данный ответ выбрали 18 женщин, которые вошли в первую (основную) группу, которую мы определили как группу «тревожных» матерей. Вторую группу (сравнения) составили 23 женщины, ответы которых соответ­ствовали оптимальному типу ПКГД.

Сравнение групп по социальному статусу выявило следующее.

Зарегистрированный брак отмечается с одинаковой частотой у беременных обеих групп (44,4 и 47,7% соответственно). Следует от­метить, что брак не регистрирован в первой группе у 55,5%, а во второй группе у 39% женщин. Без мужа планировали воспитывать ребенка 14,4% беременных второй группы, тогда как в первой группе таких не было.

Выявлены различия в уровне образования двух обследуемых групп: так, высшее образование было у 47,6% женщин во второй группе, в первой группе — лишь у 16,8%. Большинство беременных первой группы были со средним специальным образованием (61,0%), во второй группе — 42,8%. Учились в высших учебных заведениях на период беременности: в первой группе — 22,2%, во второй группе — 9,6%.

Материальный уровень семей первой группы женщин был ниже. Так, доходы выше минимального прожиточного минимума были у 49,5% семей первой группы, тогда как во второй группе — у 71,4%.

В акушерско-гинекологическом анамнезе обращает на себя внимание высокий процент случаев угрозы прерывания беременности в первой группе женщин (85,7%), во второй группе — 52,3% (достоверность различия по критерию Фишера на уровне р≤0,05). Вероятно, тревогу за состояние будущего ребенка можно объяснить именно данной патологией беременности.

Дети матерей первой группы в раннем неонатальном периоде имеют тенденцию к угнетению центральной нервной системы. По профилю угнетения-раздражения в первой группе средняя оценка профиля 0,24±0,02 балла, что соответствует легкому угнетению ЦНС. Во второй группе у детей средняя оценка 0,11±0,04, что соответствует балансу угнетения и раздражения. Различия между группами достоверны (р≤0,01). Можно предположить, что в первой группе на состояние новорожденных детей свое влияние оказывали как патология беременности, так и тревога беременных женщин.

В основной группе дети характеризуются эмоциональной неустойчивостью. Если хотя бы один из родителей (особенно мать) имеет неустойчивое эмоциональное состояние, то такой ребенок подвергается риску возникновения проблем, связанных с нарушениями в эмоциональной сфере, формированием небезопасной привязанностии снижением уровня функционирования в познавательной сфере [16]. К эмоциональной неустойчивости были отнесены следующие характеристики: частая смена настроения, частый плач, преобладание отрицательного эмоционального состояния. Причем, если в один месяц достоверных различий между группами не выявлено, то в три месяца в первой группе эмоционально неустойчивых детей было 27,5%, к шести месяцам увеличилось до 33,0%. В группе сравнения в три и шесть месяцев таких детей не было вообще (р≤0,01). Влияние тревоги во время беременности на проявления эмоциональной не­устойчивости находит свое подтверждение во многих литературных источниках. Накоплены факты, свидетельствующие о том, что пове­дение матери во время беременности, ее эмоциональные стрессы служат причиной возникновения различных форм детской психопа­тологии (неврозы, тревожные состояния и др.), отставания в ум­ственном развитии и других форм патологических состояний [2, 10].

Выявлено, что в первой группе у детей прослеживаются наруше­ния ночного сна. Так, достоверно больше детей основной группы за­сыпают медленно и спят беспокойно. Причем с возрастом у них на­блюдается ухудшение качества сна, во второй же группе — улучшение (табл. 1,2).

Таблица 1

Медленное засыпание (%)

Группа	1 месяц	3 месяца	6 месяцев
Первая	50,0	55,5	61,0
Вторая	37,2	32,9	28,6
р≤0,05	р≤0,05	р≤0,01

Таблица 2

Беспокойный сон (%)

Группа	1 месяц	3 месяца	6 месяцев
Первая	57.8	63,3	68,8
Вторая	8,6	4,3
р≤0,01	р≤0,01	р≤0,01

Как следует из данных литературы, в происхождении расстройств сна у детей раннего возраста играют роль несколько факторов. Особое место среди причин, приводящих к расстройствам сна в раннем возра­сте, занимают острые и хронические психотравмы. К нарушениям за­сыпания и частым пробуждениям у детей приводят постоянные конф­ликты, происходящие в семье в вечерние часы, незадолго до момента отхода ребенка ко сну. В большинстве своем — это ссоры между роди­телями, в том числе и за право контроля над поведением детей. Для нарушения сна имеют значение психотравмируюшие обстоятельства, связанные с переживанием резкого испуга, боязнью одиночества, замкнутого пространства и т.д.

Предрасполагающим фактором для возникновения расстройств сна следует считать и церебрально-органическую недостаточность перинатального генеза, причиной которой является патология беременности и родов [14].

В нашем исследовании достоверных различий между группами в наличии перинатального поражения центральной нервной системы у детей, а также конфликтных отношений в семье не выявлено.

Данных о влиянии тревожности беременной женщины на патологию сна в литературе не обнаружено. Нашим исследованием можно предположить о наличии такой связи, учитывая, что патология сна у детей основной группы прослеживается уже в возрасте одного месяца. В динамике патология сна сохраняется и даже наблюдается ее усугубление, возможно, что свое влияние начинает оказывать нарушение материнского поведения, наблюдаемое у женщин первой группы.

Психомоторное развитие — один из важных показателей состояния здоровья детей раннего возраста. Его уровень позволяет судить о качестве окружающей среды, характере педагогической работы и о других факторах.

Оценка психомоторного развития проводилась по шкале Л.Т. Журбы и Е.А. Мастюковой. Нами выявлено, что средние оценки психомоторного развития у детей матерей основной группы ниже, чем у детей матерей группы сравнения. Таким образом, выявлена тенденция к отставанию в показателях психомоторного развития детей основной группы. Причем отставание прослеживается на протяжении всех наблюдаемых нами возрастных периодов (табл. 3).

Таблица 3

Оценка уровня психомоторного развития детей в возрасте 1–6 месяцев (баллы)

Группа	1 месяц	3 месяца	6 месяцев
Первая	27,4±2,1	27,6 ±2,7	28,7±1,9
Вторая	28,8±1,4	28,9±1,1	29,3±1,1

Следует отметить, что дети тревожных матерей только к шести месяцам достигают уровня балльного значения психомоторного развития, соответствующего первому месяцу в группе сравнения.

Важным показателем развития ребенка является становление в трехмесячном возрасте полноценного «комплекса оживления», который включает в себя улыбку, вокализации и двигательные реакции. «Комплекс оживления» одновременно выполняет две функции — сопровождает радость ребенка по поводу воспринятых впечатлений (общение с взрослыми, рассматривание игрушек, восприятие зву­ков) и служит средством общения со взрослыми, причем функция об­щения в развитии самого «комплекса оживления» выступает как главная [1]. Появление «комплекса оживления» отражает стремле­ние ребенка к общению, полноценность взаимодействия ребенка и взрослого.

В нашем исследовании выявлены достоверные различия в про­явлении полноценного «комплекса оживления» у детей двух групп. Так, в первой группе он наблюдался лишь у 55,0% детей, тогда как во второй группе — в 90,3% случаев (различия достоверны на уровне р≤0,01), т.е. меньшее количество детей тревожных матерей прояв­ляют полноценный «комплекс оживления».

Изучение законов развития высшей нервной деятельности пока­зало, что органы чувств развиваются только тогда, когда на них ока­зывают соответствующее воздействие [1]. Любой контакт младенца с окружающим миром опосредован значимым для него взрослым ок­ружением. Известно положение Дж. Боулби о том, что «для недифференцированной психики младенца необходимо влияние психи­ческого организатора — матери» [14]. Для полноценного развития ре­бенку недостаточно слышать речь или видеть предметы и живые объекты. Ему необходимо взаимодействие. Поэтому мама должна не только адресоваться ребенку, но и отвечать на его собственную ини­циативу. Именно недостаток взаимодействия становится основной причиной того, что в домах ребенка даже здоровые дети отстают в своем развитии уже в первом полугодии жизни [1, 19].

В проведенном исследовании именно неполноценность мате­ринской роли в основной группе явилась причиной отставания в психомоторном развитии и проявления неполноценного «комплекса оживления».

Нами выявлено, что в первой группе 40,5% детей имели прояв­ление синдрома вегетативных дисфункций в соматическом статусе, тогда как во второй группе их было в два раза меньше (21,5%) (разли­чия достоверны на уровне р≤0,05).

Анализ успешности женщин в роли матери выявил следующие различия между группами: женщины основной группы плохо знают причину плача своего малыша и поэтому неадекватно реагируют на нужды ребенка, следовательно, это затрудняет полноценное взаимодействие между матерью и ребенком. На первом месяце жизни лишь 11,0% матерей первой группы знали, что показывает ребенок своим плачем, в то время как во второй группе — 55,9%. К шестимесячному возрасту только половина матерей из первой группы научились понимать своего малыша, в то время как во второй группе этим овладели все женщины.

Также нами выявлены достоверные отличия в тактильной стимуляции ребенка, к которой были отнесены поглаживания, объятия, поцелуи ребенка. Оказалось, что в возрасте трех месяцев лишь 40,0% матерей из группы тревожных во время беременности ежедневно уделяют внимание поглаживанию своего малыша, тогда как в группе сравнения — 91,0% женшин. К шести месяцам наблюдается снижение этого показателя в обеих группах при сохранении достоверности различий (первая группа — 14,2%, вторая группа — 54,5%| женщин). Матери объясняли это тем, что ребенок стал больше сам заниматься игрушками, его можно оставлять бодрствовать одного, например, в «прыгунках». Однако такая тенденция не может удовлетворять специалистов (психологов, педиатров, педагогов), т.к. ласковое прикосновение родителей оказывает эмоционально-энергетическое воздействие на ребенка, приобретает значение социального одобрения, признания и любви окружающими его людьми. Отсутствие у ребенка в раннем детстве возможности испытать и самому проявить различные формы любви и ласки с близкими ему людьми нередко приводит к ощущению эмоциональной отчужденности, одиночеству не только дома с взрослыми, но и со сверстниками [13].

Во время общения с матерями замечено, что матери первой группы меньше разговаривают с ребенком, реже пытаются установить контакт невербальными методами общения.

В целом отмечено, что матери основной группы менее удовлетворены своим ребенком. Так, они достоверно реже (р≤0,01) рассказывают о том, какой хороший у них малыш, как в три, так и в шесть месяцев.

Результаты рисуночного теста «Я и мой ребенок» позволили распределить беременных женщин рассматриваемых групп на четыре подгруппы эмоционального переживания беременности: 1 — благо­приятная ситуация; 2 — незначительные симптомы тревоги; 3 — нали­чие тревоги и неуверенности; 4 — конфликт с беременностью (табл. 4).

Таблица 4

Распределение показателей рисуночного теста (%)

Группа	Благоприятная ситуация	Незначительные симптомы тревоги	Наличие тревогии неуверенности	Конфликт с беременностью
Первая	7,1	28,5	35,7	28,8
Вторая	13,6	59,0	22,7	4,5
—	р≤0,01	—	р≤0,01

Благоприятная ситуация отражена лишь в 7,1% рисунков бере­менных женщин основной группы и в 13,6% — группы сравнения. Благоприятная ситуация характеризуется тем, что на рисунках при­сутствуют мать и ребенок, возраст ребенка — младенческий, ребенок прорисован, находится на руках у матери.

Незначительные симптомы тревоги присутствуют у большин­ства женщин группы сравнения (59,0%), в рисунках беременных ос­новной группы отражены в 28,8%. В данных рисунках фигура ребен­ка изображена с изменениями соотношения. На рисунках присут­ствует муж или другие люди. Отмечается наличие других предметов. Ребенок находится в коляске, кроватке или держит мать за руку. Воз­раст ребенка соответствует раннему.

Наличие тревоги и неуверенности в себе преобладают в рисунках беременных первой группы (35,7%), среди второй группы встречается в 22,7% случаев. На рисунках данной группы присутствует большое количество дополнительных образов, тщательная прорисовка деталей одежды при недостаточной прорисовке своей фигуры, своего лица и лица ребенка, наличие схематизации, отсутствие совместной дея­тельности. Нарушены размеры фигуры ребенка.

В нашем исследовании обращает на себя внимание достоверность различий между беременными женщинами по выявлению конфликта с беременностью (р≤0,01). Так, признаки конфликта с беременностью встречаются в рисунках беременных основной группы в 28,8% случа­ев, тогда как в рисунках женщин группы сравнения — лишь у 4,5% бе­ременных. Признаки конфликта с беременностью характеризуются отсутствием на рисунке себя или ребенка или в замене на образы. Младенец либо спрятан в коляске, либо в животе у матери. Отмеча­ется наличие дистанции между фигурами матери и ребенка, наличие большого количества дополнительных предметов.

В рисунках обеих групп присутствует изображение матери и ре­бенка, но символических рисунков больше в основной группе бере­менных, размеры фигур матери и ребенка нарушаются чаще. Ри­сунков с изображением совместной деятельности больше в группе сравнения. Женщины второй группы уже идентифицировали себя с будущим ребенком и нацелены на общение с ним. В первой группе встречаются изображения ребенка без матери, большая дистанция в изображении фигур. Это может говорить о том, что беременные основной группы не воспринимают себя и ребенка как единое целое.

Таким образом, данная работа позволяет сделать следующие выводы:

1. Женщины, испытывающие повышенную тревогу во время беременности за состояние будущего ребенка, тем не менее обнаружива­ют его низкую ценность, психологически не уверены в благополучном исходе беременности, не нацелены на будущее материнство.
2. Тревожные переживания беременной женщины оказывают существенное влияние на развитие ребенка первых месяцев жизни. Дети матерей с высоким уровнем тревоги характеризуются в неонатальном периоде тенденцией к угнетению центральной нервной системы, эмо­циональной неустойчивостью, нарушением качества сна, имеют более низкие баллы по психомоторному развитию, нарушение коммуника­тивных функций в виде неполноценного «комплекса оживления» И синдромом вегетативных дисфункций.
3. Тревожные беременные в дальнейшем проявляют себя менее успешными в роли матери, чем женщины с оптимальным типом переживания беременности. Они плохо знают причины плача, недостаточно вовлечены во взаимодействие с ребенком, мало тактильно кон­тактируют с ним, реже рассказывают о том, какой хороший ребенок, меньше с ним разговаривают, реже пытаются установить контакт не­вербальными методами общения.
4. Выявлена диагностическая значимость рисуночного теста, проводимого во время беременности, в прогнозе нарушения материн­ского поведения в дальнейшем.

Литература

1. Авдеева Н.Н., Мещерякова С.Ю., Ражникова В.Г. Психология вашего младенца. — М.: АСТ, 1996.

2. Батуев А.С. Возникновение психики в дородовый период // Психоло­гический журнал. –2000.-Т. 21.-№ 6.-С. 51–56.

3. Батуев А.С., Соколова Л.В. Ученье о доминанте как теоретическая основа формирования системы «мать-дитя» // Вестник СпбГУ. — 1994. -Вып.2.-С. 82–102.

4. Бауэр Т. Психическое развитие младенца. — М.: Прогресс, 1985.

5. Брехман Г.И. Перинатальная психология// Вестник Российской ассоциации акушеров и гинекологов. — 1998. — № 4. — С. 49–52.

6. Брутман В.И., Филиппова Г.Г., Хамитова И.Ю. Динамика психологи­ческого состояния женщин во время беременности и после родов // Вопросы психологии. — 2002. — № 3. — С. 59–68.

7. Винникот Д.В. Маленькие дети и их матери. — М.: Независимая , 1998.

8. Добряков И.В. Перинатальная психология // Мир медицины. — 2000. -№ 5–6. — С. 45–46.

9. Добряков И.В. Клинико-психологические методы определения типа психологического компонента гестационной доминанты // Хрестоматия по перинатальной психологии. — М., 2005. — С. 93–102.

10. Драпкин Б.З. Психотерапия материнской любовью. — М.: ДеЛиПринт, 2004.

11. Журба Л.Т., Мастюкова Е.А, Нарушение психомоторного развития детей первого года жизни. — М.: Медицина, 1981.

12. Козловская Г.В., Баженова О.В. Микропсихиатрия и возможности коррекции психических расстройств в младенчестве // Журнал неврологии и психиатрии.- 1995. -№ 5. -С. 48–51.

13. Лопатина О.Г. Значение физического контакта с матерью в предуп­реждении нарушений поведения у ребенка // Социальная и клиническая психиатрия. — 1992. — Т. 2. — Вып. 2. — С. 79–82.

14. Микуртумов Б.Е., Кощавцев А.Г., Гречаный С.В. Клиническая психи­атрия раннего детского возраста. — СПб.: Питер, 2001.

15. Мухамедрахимов Р.Ж. Формы взаимодействия матери и младенца // Вопросы психологии. — 1994. — № 6. — С. 16–25.

16. Мухамедрахимов Р.Ж. Взаимодействие и привязанность матерей и младенцев групп риска // Вопросы психологии. — 1998. — № 2. — С. 18–33.

17. Мухамедрахимов Р.Ж. Мать и младенец; психологическое взаимо­действие. — СПб.; Речь, 2003.

18. Пальчик А.Б. Эволюционная неврология. — СПб.: Питер, 2002.

19. Прихожан А.М., Толстых Н.Н. Психология сиротства. — СПб.: Пи­тер, 2005.

20. Смирнова Е.О., Радеева Р.П. Развитие теории привязанности // Вопросы психологии. — 1998. — № 1. — С. 105–116.

21. Филиппова Г.Г. Материнство: сравнительный подход // Психологический журнал. — 1999. — Т. 20. — № 5. — С. 81–88.

22. Филиппова Г.Г. Психология материнства. — М.: Изд-во Института психотерапии, 2002.

23. Цареградская Ж.В. Ребенок от зачатия до года. — М.: АСТ, 2002.

24. Щукина Е.Г. Особенности семей, воспитывающих детей с ограни­ченными возможностями здоровья: пути решения // Современная семья: проблемы, пути становления и развития. Сборник статей. — Архангельск:-СГМУ, 2003.-С. 18–20.

25. Щукина Е.Г. Роль семьи в процессе ожидания ребенка // Вопросы пренатальной психологии. Метод. пособие. — Архангельск: СГМУ, 2003. —С. 5–10.

26. Еdе1тап G. Тhе Remembered Ргеsent: А Вiolоgiса1 Тhеоrу оf Соnsciousness. — N.-Y.: Ваsiс Вооkс, 1989. — Р. 44.

27. Fries М.Е. Longitudinal Study: Ргеnatal Реriod to Рагеnthood // J. of Аmеriсаn Psychoanalytic Association. — 1987. — Vо1. 25. — Р. 115–140.

28. FereirаА.J. Тhе Рrеgnant Wоmеns Еmоtiоnа1 Аttitude // Аmeriсаn J. оf Оrthopsyhiatrу. — 1980. — Vol. 30. — Р. 553–556.

29. НеrrеnL.R.. Тhе Аnхiеtу-Ргоnе Реrsоnаlitу // Тhе Вiolоgу оf Аnхiеtу. — 1982. — Р. 51–86.

30. РапthиrаатрhоrnСh. Ргеnаtа1 Infant Stimulation Рrоgram // Prenatal Реrсерtion / Еd. D. Вlum. — 1994. — Р. 187–220.

31. Vеrпу Т.R.. Рге- аnd Реrinаtа1 Рsуho1оgу: Аn Intoduction. — N.-Y.: Human Science Рrеss, 1987. — Р. 25. •

32. WardА.J. Ргеnаtа1 stress аnd сhildhооd рsуhораtо1оgу // Сhild Рsусhiаtrу and Нuman Dеvе1орmеnt. — 1991. — Vol. 22. — Р. 97–110.

Эмоциональная поддержка

Говорите с будущей мамой, спрашивайте, как можно ее поддержать. В один день ей, возможно, понадобится отвлечься от своего состояния, вспомнить, что мир вокруг многообразен и в нем столько всего интересного, а в другой день она просто захочет поплакать на вашем плече. Спрашивая, слушайте! Разделенное на двоих бремя становится гораздо легче!

Объятия и прикосновения – это мощная эмоциональная поддержка, помогающая пережить стресс при беременности. Обнимайтесь, держитесь за руки и проявляйте разные формы физической привязанности. Сделайте массаж спины или ног, если это облегчает ее боль и усталость.

Помогайте находить хорошее, напоминайте, как ее похвалил врач, как она прекрасно справляется с трудностями, какая она умница.

Проявите изобретательность. Возможно, рекомендованные беременной изменения в рационе или образе жизни, очень ее расстраивают. Придумайте, чем можно заменить временно недоступные занятия.

Что такое стресс?

Под этим термином обычно понимают реакцию организма на чрезмерное волнение, удивление, испуг. Но с медицинской точки зрения выделяют шесть разновидностей стресса:

• эмоциональную;
• физиологическую;
• световую;
• температурную;
• голодовую;
• нервно-психическую.

Явления, происходящие с будущей мамой во время беременности, относят как раз к последней категории.

Различают также две категории стрессов с учетом их продолжительности:

• острое состояние – возникает быстро и так же скоротечно заканчивается;
• хроническое – длится постоянно.

Стресс во время беременности провоцирует усиленную выработку адреналина, кортизола и норадреналина. В результате повышается тонус мышц матки, сужаются кровеносные сосуды, и поднимается уровень артериального давления. Женщина может испытать ускорение сердечного ритма и тяжесть в груди.

Важно не допустить перехода этого состояния в хроническую фазу. В противном случае возможны нарушения дыхания, побледнение кожи, расширение зрачков. В дальнейшем из-за хронического стресса развиваются головные боли, ослабевает память, исчезает аппетит, дестабилизируется работа желудочно-кишечного тракта.

Позаботиться о себе

Не забывайте, что вам также необходим собственный источник поддержки! Иначе и у мужчины может случиться стресс при беременности. Поддержать свою женщину сможет только партнер в ресурсе. Моральную помощь может оказать психолог или опытный друг, прошедший через подобные трудности и научившийся помогать своей женщине. Советы людей далеких от темы могут только ухудшить положение.

Видите, что не справляетесь, и будущей маме становится хуже, организуйте ей или вам обоим прием у специалиста.

Беременность может сделать пару крепче. Особое состояние женщины потребует понимания, чуткости к потребностям друг друга, необходимости слушать и поддерживать партнера. Пройдя вместе через трудности, можно улучшить общение и укрепить взаимосвязи в паре. Совсем скоро у вас появится малыш, и маме с папой будет просто необходимо объединить усилия для его воспитания.